Равиль Галиев: «Никогда не проходить мимо нарушений»

Родившись в богатой нефтью Татарской АССР (ныне Республика Татарстан), он с детства видел буровые установки, трубопроводы, перегоняющие черное золото по всей стране; еще мальчишкой он с восхищением наблюдал за рабочими-нефтяниками, которые возвращались домой с вахты. Поэтому, став взрослым, Равиль Мавлетбаевич посвятил себя нефтяной отрасли: сначала работал на различных инженерно-технических должностях в объединении «Татнефть», затем — инспектором по надзору за безопасным ведением работ при разработке нефтяных месторождений. Он пробовал трудиться и в пожарной части, и на предприятии тепловых сетей, но жизнь упорно возвращала его в «нефтянку», как бы доказывая, что именно здесь его предназначение. В настоящее время Р.М. Галиев исполняет обязанности начальника Межрегионального отдела по горному надзору и надзору в нефтедобывающей промышленности Приволжского управления Ростехнадзора (отдел находится в г. Альметьевске) и утверждает, что абсолютно счастлив, потому что посвятил свою жизнь любимому и интересному делу.

Нефтедобывающая отрасль определила судьбу исполняющего обязанности начальника межрегионального отдела по горному надзору и надзору в нефтедобывающей промышленности Приволжского управления Ростехнадзора Р.М. Галиева.

Все мои предки занимались выращиванием зерновых культур и животноводством. Я по стопам родителей не пошел, но сделал осмысленный выбор в жизни. В наших краях уже с 40-х годов XX в. разрабатывается известное Ромашкинское месторождение, благодаря которому наша республика располагает самыми крупными в стране промышленными запасами черного золота. Не удивительно, что молодежь всегда безумно привлекал труд нефтепромышленников, этих легендарных героев современности. Поэтому еще в школе я с особым удовольствием изучал физику, химию и математику, часами просиживая над учебниками, решая хитроумные задачи и уравнения. В 1975 г. поступил в Лениногорский нефтяной техникум на дневное отделение по специальности «Бурение нефтяных и газовых скважин». Специальность была выбрана не случайно — в то время профессия бурильщика считалась самой престижной в нефтяной отрасли, а само бурение скважин было даже важнее, чем непосредственно добыча нефти. Эта работа была неимоверно тяжелой (тогда применялся механизированный способ бурения), но нас, молодых, это нисколько не пугало. Все местные Герои Социалистического Труда были в основном именно специалистами по бурению. Передовиков часто показывали по телевизору, о них писали в газетах, поэтому мы старались равняться на них. В 1978 г. я прибыл на практику помощником бурильщика в Альметьевское управление буровых работ (объединение «Татнефть»). Работа была невероятно сложной, тем не менее я получал от нее колоссальное моральное удовлетворение. Еще бы! Меня наконец допустили на буровые установки, где я почувствовал себя настоящим добытчиком столь важного для страны полезного ископаемого! Но именно в тот момент я на деле понял, какая большая ответственность кроется в нашей работе: любая неточность, ошибка могут привести к трагическим последствиям. Чуть прозевал — и вполне вероятны авария или несчастный случай. А за ними могут стоять масштабный ущерб или, что гораздо страшнее, человеческие жизни. Год спустя я поступил в Московский институт нефтяной и газовой промышленности имени И.М. Губкина на заочное отделение, и в этом же году, осенью, был призван в ряды Советской армии. После возвращения некоторое время поработал командиром отделения пожарной части. Но не долго — скоро меня с огромной силой потянуло обратно в ряды нефтяников. К этому времени я получил высшее образование и стал квалифицированным инженером-механиком (специализация «Машины и оборудование нефтяных и газовых промыслов»), поэтому меня сразу приняли в Лениногорское управление повышения нефтеотдачи пластов и капитального ремонта скважин, где назначили мастером, руководителем первого звена. На тот момент мне было всего 24. В таком возрасте управлять бригадой из восьми профессионалов своего дела, скажу вам, не так-то просто. Несмотря на трудности, план мы всегда выполняли и бригада наша считалась передовой.

В скором времени меня как квалифицированного специалиста направили на нормативно-исследовательскую станцию при объединении «Татнефть» обучать рабочих передовым и безопасным условиям труда. У нас в отделе было 10 бригад, которые занимались внедрением новых технологий, передовых и безопасных приемов труда. Мы выезжали со специалистами на объекты и на месте проводили обучение правилам безопасности при выполнении определенных видов работ. Когда объединению «Татнефть» передали часть объектов Западной Сибири, наши бригады отправляли и туда. Интересное время было! С ностальгией вспоминаю начальника отдела Юрия Трофимовича Вдовина. Он был замечательным наставником для нас, молодых специалистов. Всегда сдержанный, тактичный, интеллигентный, а самое главное он был профессионалом своего дела, так как прошел все стадии освоения татарстанских недр.

При мне произошло значимое событие в масштабах республики — началось строительство сверхглубокой буровой установки (сейчас она уже находится в консервации) для изучения литосферы Земли и поиска новых месторождений нефти. В то время пробурить скважину глубиной более 5 тыс. м для нас было в новинку, ведь до этого пробивали породы не глубже 2 тыс. м. Когда привезли буровую установку большой грузоподъемности, было очень интересно и волнительно, ведь именно на этом оборудовании проводились все эксперименты, претворялись в жизнь новые технологии. Данное техническое устройство применялось впервые, приходилось выполнять расчеты, идти на определенный риск. С помощью установки были обнаружены новые нефтяные горизонты.

В 1990 г. меня пригласили работать заместителем директора альметьевского предприятия тепловых сетей. Я решил попробовать себя на новой стезе, но и в этот раз судьба дала мне от ворот поворот (смеется). Не смог я приспособиться к этой сфере, работа оказалась не по душе. Польский поэт и афорист Станислав Ежи Лец сказал: «Уже при покачивании колыбели решается, куда склонится чаша весов судьбы». Так, видимо, произошло и со мной. Я вернулся в НГДУ «Ямашнефть», где продолжил трудовую деятельность в должности мастера по добыче нефти и газа. Несмотря на все трудности (объект находился далеко от Альметьевска, каждый день приходилось ездить по 90 км туда и обратно), я чувствовал себя счастливым и нужным человеком.

В 1994 г. мне предложили пройти жесткий профессиональный отбор в Госгортехнадзор (ныне Ростехнадзор) для работы в отделе по надзору в области нефтедобывающей промышленности. Отмечу, что в те времена на службу в надзорный орган набирали специалистов только с опытом работы в выбранной сфере деятельности. Я всегда с уважением относился к проверяющим. Нас, нефтяников, поражали умения и знания государственных инспекторов, они нам помогали в работе, иногда наказывали, но было за что. На тот момент я на практике изучил все направления: бурение, ремонт скважин, добычу, подготовку нефти. Приходилось изучать и нормативную базу не только по технологии, но и по безопасности ведения работ. Поэтому решился попробовать себя в новом качестве. И вот уже почти 20 лет тружусь в надзорном ведомстве. Начинал рядовым инспектором, сейчас исполняю обязанности начальника межрегионального отдела. Стараюсь доводить до своих поднадзорных предприятий, что высокие производственные результаты напрямую зависят от максимально безопасного производства, объясняю, к чему может привести та или иная операция, для чего нужно разрабатывать мероприятия, оформлять документы. Кроме того, мы оказываем консультационную помощь подконтрольным предприятиям.

В настоящее время, в связи с внесением изменений в Федеральный закон № 116-ФЗ, основная часть полномочий в области промышленной безопасности передается самим предприятиям, на них будет возложено больше ответственности. Это, наверное, правильно: имея в штате 15 инспекторов, невозможно вести полноценный контроль за 50 тыс. опасных производственных объектов. Согласно принятым изменениям будем в основном контролировать, как проводятся внутренние проверки на предприятиях и как организован производственный контроль. К сожалению, имеющаяся нормативная база отстает от реалий современной жизни, не всегда своевременно пересматриваются документы. Иногда бывает так, что по старой нормативной документации проверять уже нельзя, а новая еще не принята. И над этим нужно работать.

Самое крупное предприятие, которое находится под контролем межрегионального отдела по горному надзору и надзору в нефтедобывающей промышленности Приволжского управления Ростехнадзора — ОАО «Татнефть». Эта компания вкладывает достаточные средства в обеспечение промышленной безопасности, но нарушения все равно имеются, и связаны они главным образом с изношенностью основных фондов. К примеру, многие объекты Ромашкинского месторождения построены еще в 40–50-е годы XX в. Территория месторождения огромная, и содержать каждое техническое устройство в исправном состоянии очень сложно. Цифры красноречивее всяких слов: у 60 % эксплуатируемого оборудования истек нормативный срок службы. Разработанная на предприятии специальная программа по модернизации оборудования пока не в состоянии переломить ситуацию. Хотелось бы отметить, что устранение большинства обнаруженных инспекторами нарушений не требует огромных финансовых и временных затрат. Пристальное внимание предприятиям стоит уделять подготовке кадров, которые будут работать на опасных производственных объектах. Если специалист хорошо подготовлен, если он профессионал, то работать с нарушениями не станет, потому что осознает, к каким последствиям может привести то или иное отступление от норм и правил. Поэтому под жестким контролем нужно держать организацию работы учебно-курсовых комбинатов, которые готовят кадры рабочих и инженерно-технических специалистов для обслуживания и эксплуатации опасных производственных объектов.

В настоящее время проходит масштабная проверка опасных производственных объектов ОАО «Татнефть» с участием специалистов центрального аппарата Ростехнадзора и нашего управления. Сложность проверки заключается в отсутствии изначальных проектов на отдельные объекты подготовки нефти, построенные несколько десятков лет назад. Даже если бы эти проекты имелись в наличии, вряд ли они соответствовали бы современной «начинке» объектов, ведь за такой срок оборудование поменялось примерно на 90 %. Несмотря на то, что проверка охватила выборочно лишь несколько подразделений ОАО «Татнефть», по ее результатам можно дать общую оценку состоянию промышленной безопасности всей компании.

К сожалению, мы не можем проверить каждую скважину, их около 40 тыс., — не хватит ни времени, ни инспекторов. Но нарушения почти всегда повторяемые — по любой скважине обычно бывает 18–20 типичных замечаний. По итогам мероприятия вручим предписание руководителю, и он как думающий человек, я уверен, устранит аналогичные нарушения и на других объектах.

За время проверки ОАО «Татнефть» Ростехнадзором проведены учебно-тренировочные занятия по ликвидации возможных аварийных ситуаций в трех подразделениях предприятия, причем каждый раз по новому сценарию. Проверяли готовность персонала к различным чрезвычайным происшествиям, а также слаженность действий всех служб: нештатных формирований, представителей МЧС, МВД и ГИБДД. И если первое тренировочное занятие в управлении «Татнефтегазпереработка» вызвало много замечаний именно по несогласованности действий спасателей, то на последнем учении в НГДУ «Елховнефть» руководство учло все предыдущие оплошности, и организация учебной тревоги была оценена на «удовлетворительно».

Во многом, в работе и жизни, мне помогает семья: супруга, две дочери, четыре внука. Мы живем в одном городе, часто встречаемся на семейных праздниках. А выходные я предпочитаю проводить активно: всю жизнь увлекался спортом, особенно тяжелой атлетикой, и до сих пор толкаю гири. Еще я люблю рыбалку. Частенько с друзьями выбираемся в Башкирию на р. Белую, за 160 км от Альметьевска. Природа там замечательная, сохранилась в первозданном виде. Сижу на берегу, любуюсь живописными видами и отвлекаюсь от всех бытовых проблем и производственных забот. А это, поверьте, очень важно при такой нервной, напряженной работе.

Лучше всех, конечно, об этом известно моей супруге. Иногда приходится задерживаться допоздна, на что жена реагирует всегда спокойно. Она прекрасно понимает, что бывают непредвиденные ситуации. И настроение всегда угадывает сразу — часто мне по долгу службы приходится наказывать нарушителей, а это, признаюсь, не самая приятная часть работы. Штрафовать имеет смысл лишь тогда, когда человек осознает возможные последствия отступлений от требований промышленной безопасности и существующих норм и правил. Инспектору надо не просто найти упущение, но и доказать его опасность. Именно поэтому наша профессия делает человека очень внимательным, приучает никогда не проходить мимо нарушения. Такое поведение становится автоматическим.

В сентябре 2013 г., в День работника нефтяной и газовой промышленности, Татарстан отмечает 70-летие начала освоения нефтяных месторождений. Это большой праздник и значимая веха в истории всей страны. В связи с этим хочется поздравить работников нефтяной промышленности, чей самоотверженный труд и высокий профессионализм позволяют добиваться достойных результатов. Поздравляю также коллег, инспекторов, ведущих надзор в нефтедобывающей сфере. Во многом благодаря их упорной и кропотливой работе нефтяная отрасль остается одной из самых безопасных.

Комментарии коллег Р.М.Галиева.

Егоров Александр Григорьевич, государственный инспектор межрегионального отдела по надзору в нефтедобывающей промышленности и горному надзору Приволжского управления Ростехнадзора. Под началом Равиля Мавлетбаевича я работаю вот уже 13 лет. Всплывает в памяти мое самое первое расследование аварии, когда июле 2002 года в Альметьевском районе из-за чрезвычайной нагрузки рухнула буровая вышка. К счастью, тогда обошлось без жертв, но предприятию был нанесен огромный ущерб. Заводчане, производившие установки, кивали на нефтяников, которые, по их словам, с нарушениями вели буровые работы. А нефтяники, в свою очередь, косились на производителей оборудования, утверждая, что те элементарно в своей работе допустили брак. Расследовать причины ЧП мне как раз и помогал мой наставник Р.Галиев. Именно он обратил внимание на какие-то, с первого взгляда, несущественные мелочи, которые помогли выявить виновных. Впоследствии экспертиза подтвердила наши мысли – виноваты в аварии оказались в равной степени обе стороны. Вообще работать с Равилем Мавлетбаевичем легко и интересно. Мне скоро исполняется 65 лет, думаете, почему я до сих пор не ухожу со службы? Не хочется покидать такого компетентного начальника!

Липатов Александр Иванович, начальник Юго-Восточного территориального отдела Приволжского управления Ростехнадзора. С Равилем Галиевым мы трудимся рука об руку еще с июня 1994 года. В то время в Альметьевске осуществляла свою деятельность районная горно-техническая инспекция Приволжского округа Госгортехнадзора России, возглавлял ее «патриарх» Госгортехнадзора Шайдуллин Хатмулла Гарифуллович. Я служил в должности заместителя начальника инспекции, а Равиль Мавлетбаевич был принят на работу государственным инспектором нефтяного надзора и с первого дня включился в общественную жизнь инспекции. Я, как руководитель, с удовлетворением отмечал, что из года в год Р.Галиев рос как специалист, постоянно повышал свой профессиональный уровень. Благодаря своему высококлассному мастерству и, во многом, человеческим качествам, он заслужил уважение как в коллективе, так и среди работников подконтрольных предприятий. Это очень принципиальный и требовательный человек. А еще он обладает замечательной способностью – вникать в непосредственную суть проблем в области промышленной безопасности. В этом ему помогает отличное владение нормативной базой и умение использовать свои знания в работе. А самое главное, Равиль Мавлетбаевич еще и отличный товарищ, который в любое время окажет помощь и даст дельный совет.

Анна Яковлева

Приволжское управление

Равиль Галиев: «Никогда не проходить мимо нарушений»