Н.М. Валиев: Непонятная работа стала родной и любимой, журнал "Безопасность труда в промышленности", декабрь 2014

Инспекторов Межрегионального отдела по надзору за объектами магистрального трубопроводного транспорта считают в Приволжском управлении Ростехнадзора самыми мобильными и одними из самых постоянных. Мобильными, потому что основную часть времени проводят в командировках (поднадзорные объекты расположены в республиках Татарстан, Чувашская, Удмуртская, Башкортостан, Марий Эл, в Самарской, Кировской, Нижегородской, Оренбургской, Ульяновской, Свердловской обл. и в Пермском крае). Постоянство же их заключаетсяв долговременной службе в надзоре, несмотря на то, что подконтрольные предприятия не раз пытались переманить этих опытных специалистов в свои ряды, предлагая не последнюю должность и соответствующую для нефтяной или газовой отрасли заработную плату. Наиль Мударисович Валиев, начальник отдела, стоявший у истоков возникновения инспекции по надзору за магистральными продуктопроводами в Республике Татарстан, один из старейших работников управления, вспоминает, как все начиналось.

- Родился я в нефтяной столице Татарстана -Альметьевске. Мой отец всю жизнь работал бурильщиком нефтяных скважин, поэтому и я решил посвятить свою жизнь нефтяному производству. Окончив Московский институт нефтехимической

и газовой промышленности им. И.М. Губкина, в 1975 г. вернулся в Татарстан, где начал работать в нефтегазодобывающем управлении «Джалильнефть», прошел путь от оператора по подземному ремонту скважин до старшего инженера. В 1981 г. меня пригласили на службу в систему Госгортехнадзора СССР в Альметьевскую районную горнотехническую инспекцию. За мной закрепили объекты нефтегазодобывающего управления «Альметьевнефть», на которых я контролировал состояние техники безопасности (раньше не было понятия «промышленная безопасность»). Спустя некоторое время назначили старшим по нефтяному надзору. В 1986 г. я уже трудился в должности зам. начальника инспекции, курировал объекты котлонадзора и подъемные сооружения. Вначале было сложно перестроиться, ведь у этих объектов совершенно другая специфика. Пришлось в кратчайшие сроки проштудировать все нормативные документы, ин-

формационные письма, всевозможные циркуляры по котлонадзору. Так, изучая правила, обследуя подконтрольные объекты, потихоньку приноровился к новой работе. В 1991 г. руководитель управления Приволжского округа Госгортехнадзора РСФСР Г.Н. Уваров назначил меня начальником вновь созданной инспекции по надзору за объектами магистрального трубопроводного транспорта. Отмечу, что это был совершенно новый и неизвестный для меня вид надзора. Но Г.Н. Уваров заверил, что руководство окажет посильную помощь в организации работы инспекции, в том числе в формировании инспекторского состава. Не зря говорят: глаза боятся, а руки делают. Непонятная работа стала родной и любимой.

Сначала было много сложностей. Мы получили рабочий кабинет, где стояли пять пустых столов. Я, благодаря старым связям, провел телефонные линии, начал создавать нормативную базу, обучать людей. На первые вакантные места набирали инженерно-технических работников из системы «Татнефть», инспекторской работой никто из них до этого не занимался. Организовывали групповые и индивидуальные поездки на поднадзорные объекты, где на практике обучали азам профессии. Через три-четыре года рабочие условия немного улучшились, появились отдельные кабинеты, наработали определенный опыт, люди с удовольствием стали приходить на службу.

Нельзя назвать простыми и первоначальные отношения с руководством подконтрольных предприятий. Помню, главный инженер одного из них запретил руководителям районных нефтепроводных управлений принимать наши предписания. Когда я приехал к нему в Бугульму на профилактическую беседу, он бравировал тем, что до этого они четверть века работали без какого-либо контроля. В ответ я показал ему постановление Правительства СССР, согласно которому объекты магистрального трубопроводного транспорта перешли под контроль Госгортехнадзора СССР. Решение было принято в связи с происшедшей крупной аварией недалеко от Уфы, жертвами которой стали сотни человек. На магистральном продуктопроводе, расположенном в непосредственной близости от железнодорожных путей, произошла утечка широкой фракции легких углеводородов, и газ скопился в низине. При встречном прохождении в этом месте двух пассажирских поездов возникла искра с последующим за ней объемным взрывом. В итоге оба поезда полностью разрушены, погибли люди.

После этого разговора уже никто не протестовал против наших предписаний. Под надзор попали крупнейшие предприятия. Мы стали курировать и объекты нефтепродуктообеспечения, и нефтебазы. Со временем завоевали авторитет у сотрудников подконтрольных организаций, они осознали, что наша работа направлена на повышение надежности и безопасности эксплуатации опасных производственных объектов.

С момента образования инспекции не раз менялась ее принадлежность, пока в 1999 г. инспекцию не вернули в территориальные управления. Значительно выросло число поднадзорных объектов, а штатная численность сократилась (с 17 до 7 чел.). В настоящее время под контролем отдела находятся семь организаций, на которых эксплуатируют 320 опасных производственных объектов (из них 78 —

I класса опасности, там осуществляем постоянный государственный надзор), более 13 тыс. км магистральных трубопроводов, расположенных на территории 12 регионов. Поэтому неудивительно, что наши инспекторы в командировках бывают чаще, чем дома. У нас большое число объектов строительного надзора (в 2013 г. проведено около 80 проверок): строительство новых станций, резервуаров,

реконструкция линейной части трубопроводов. И если на территории Республики Татарстан проводим проверки в рамках государственного строительного надзора со специалистами своего управления, то на территории других регионов организуем совместную работу с местными управлениями Ростехнадзора.

— Наиль Мударисович, Вы упомянули про крупную аварию в Уфе. Происходили ли на ваших подконтрольных объектах такие трагедии?

— С 1991 г. на наших подконтрольных объектах произошло всего три несчастных случая со смертельным исходом. Аварии на объектах магистрального трубопроводного транспорта сразу вызывают большой общественный резонанс, ведь они влекут за собой самые негативные последствия. Представьте, труба диаметром 1000 мм, по ней под огромным давлением течет река нефти. В случае разрушения трубопровода несколько тысяч тонн «земляного масла» выйдут на поверхность, попадут в реку или озеро, что обернется экологической катастрофой. Не забывайте, что нефть может возгореться и вызвать пожар, а если соберется газовоздушная смесь, особенно в жаркую погоду, то возможен и взрыв.

Эксплуатация газопроводов также требует бдительного контроля. У нас под надзором на территории Шеморданского линейного производственного управления магистральных газопроводов находитсяся Ужгородский коридор, где транзитом в Европу проходят экспортные газопроводы (диаметр трубы 1400 мм, давление газа 7,5 МПа). Это бомба замедленного действия. В июле 2007 г. в Арском р-не Республики Татарстан разрушился подобный газопровод, принадлежащий ООО «Газпром трансгаз Казань». Раньше там было кукурузное поле, но когда я приехал на место аварии, то кукурузы не увидел - чернозем превратился в глиняное спекшееся месиво, чуть ли не кирпич. Представляете, какой жар стоял, если даже в соседней деревне, расположенной в 3 км от места аварии, у домов начали греться крыши, пришлось охлаждать их водой. Если чело-

век попадет в зону поражения такого огня, то сгорит полностью. Самое трагичное: пока газ полностью не выгорит из перекрытого участка трубопровода, его нельзя тушить во избежание возможного последующего взрыва смеси газа с воздухом.

— Как же обеспечить безопасную эксплуатацию магистральных трубопроводов, чтобы не допустить подобных чрезвычайных происшествий?

— Очень важно поддерживать трубопроводы в рабочем состоянии. Надо иметь в виду, что более половины всех магистральных трубопроводов отработали 30-летний срок эксплуатации. Для определения возможности их дальнейшей безопасной работы, пропускной способности проводят внутритрубную диагностику с помощью диагностических снарядов, которые отслеживают состояние металла, сварных швов. В ОАО «Северо-западные магистральные нефтепроводы», в соответствии с графиками, с помощью такой диагностики тщательно исследуют линейную часть трубопроводов, технические устройства, резервуары, после чего разрабатывают мероприятия и оперативно устраняют дефекты. Мы следим, чтобы оборудование не использовали по истечении нормативного срока службы без соответствующего заключения экспертизы его технического состояния. В ООО «Газпром трансгаз Казань» система диагностирования тоже налажена. Но у них много газопроводов-отводов, по которым подают газ к населенным пунктам, - все охватить проверками нереально. Для этого придется вывести участок из эксплуатации, отключить населенный пункт от подачи газа. Здесь есть над чем работать. В составе этой организации находятся 197 газораспределительных станций —в последние четыре года мы взяли их под жесткий контроль, заставили ООО «Газпром трансгаз Казань» разработать и согласовать с нами графики по диагностированию. С удовлетворением отмечу, что благодаря проведенным мероприятиям безопасность объектов значительно повысилась.

— Как проходят проверки? Ведь все магистральные трубопроводы расположены под землей, добраться до них довольно затруднительно.

— Проверки проводим и по документации, и с выездом на место. Во время осмотров линейной части трубопроводов обращаем внимание на соблюдение границ охранных зон. У каждого поднадзорного объекта есть охранные зоны от 25 до 100 м, в которых нельзя выполнять какие-либо работы без разрешения организации–владельца этих объектов, возводить строения - это важнейшие факторы безопасной эксплуатации трубопроводов. Проверяем техническое состояние объектов (нет ли размывов почвы до тела трубы, растительности), глубину заложения трубопровода, выполнение работ по устройству электрохимической защиты, наличие указателей трассы. Существуют отдельные требования к подводным переходам, переходам через железные и автомобильные дороги. У каждого инспектора есть программа обследования объектов магистрального трубопроводного транспорта, по которой он работает. Отмечу, что службы производственного контроля крупных предприятий самостоятельно выявляют серьезные нарушения, влияющие на безопасность эксплуатации, поэтому наши инспекторы с проверок приносят порой не более 10 замечаний. У нас и нет такой цели — наказать, есть задача — предотвратить возможную трагедию. В работе обычно руководствуемся статьей 11.20 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, определяющей наказание за нарушение правил безопасности при строительстве, эксплуатации или ремонте магистральных трубопроводов. К сожалению, эта статья до конца не доработана, по ней можем привлечь к административной ответственности должностное лицо в виде штрафа на сумму от 300 до 500 руб., а юридическое лицо — от 3 до 5 тыс. руб. Поэтому мы чаще используем статью 9.1 «Нарушения требований промышленной безопасности», в которой штрафы существенно выше. Такую меру наказания, как административное приостановление деятельности, именно в нашем виде надзора применить довольно затруднительно - не остановишь же эксплуатацию целого трубопровода. Но случай один был. В 1990-х годах при проверке насосной станции «Байтуган» в Самарской обл. мы были поражены ее ужасным техническим состоянием: все нормы и требования по эксплуатации были нарушены. Доложив о недопустимости дальнейшей эксплуатации объекта своему руководству, я принял решение о приостановке опасного производственного объекта ввиду реальной угрозы возникновения чрезвычайного происшествия. Для этого опломбировали насосную станцию - соответственно временно остановили работу целой трубы. Правда, предприятие смогло выкрутиться из этой ситуации: в течение недели смонтировали другую насосную станцию в открытом исполнении. Но я до сих пор уверен, что нашапринципиальность предотвратила тогда не одну аварию на данном объекте. Так как с момента образования инспекции вышел в свет лишь один нормативный правовой документ по нашему виду надзора «Правила охраны магистральных трубопроводов», то мы в основном работаем по ведомственным документам, которые у каждого предприятия свои. Мы до сих пор не знаем, как определить нормативный срок службы магистрального трубопровода, ни в одном документе нет четкого понятия. В 2013 г. приняты новые федеральные нормы и правила по эксплуатации магистральных трубопроводов, но они тоже не учитывают многие моменты. К примеру, в них указано только, что трубопроводы должны подвергать периодическому техническому диагностированию. А по ведомственным документам, например ООО «Газпром трансгаз Казань», техническое диагностирование следует проводить согласно графику. А кто будет составлять график? Главный инженер? На восемь лет вперед? И я ничего не могу поделать, потому что нет нормативного подкрепления моих требований. К сожалению, мы многие вопросы не можем сдвинуть с мертвой точки.

— Наиль Мударисович, чувствуется, что за свою работу Вы болеете душой…

— Да, я переживаю за инспекцию, как за своего ребенка. Огромное удовлетворение испытываю, когда у меня или моих подчиненных получается все,

что запланировано. Отец говорил: «Поручили дело - выполни его так, чтобы можно было гордиться, не бросай на полпути». Стараюсь и сотрудников воспитывать таким же образом. Мне в 2013 г. исполнилось 60 лет, но совершенно не хочется расставаться со своим детищем. Пока есть здоровье, хочу еще потрудиться, если, конечно, разрешит руководство. Телефон всегда при мне, звонки по работе раздаются и ночью, и в выходные. Каждый раз при этом у меня екает сердце: что-то произошло. Объекты находятся на больших расстояниях, в полях, лесах, где часто проводят земляные работы, в любой момент магистральный трубопровод может повредить землеройная техника. Поэтому камень с души падает, когда выясняется, что звонят, чтобы просто проконсультироваться. Такая работа требует регулярного полноценного отдыха. Вернувшись домой после трудового дня, я люблю гулять по лесу: птички поют, листва шумит - красота! А летом на лужайке за нашим домом можно ведрами собирать землянику. Мой крепкий и надежный тыл — супруга Гульфия Сагитовна. Всю жизнь она посвятила торговле, а сейчас на заслуженном отдыхе. Каждое утро провожает меня на работу свежим завтраком, как бы рано я ни уезжал в командировку. Люблю проводить время с детьми и маленькими внучками. Мы летом купили для малышей надувной бассейн, а погоды купаться не было — так они мне постоянно звонили: «Бабай, там вода не нагрелась?

— В декабре Ростехнадзору исполняется 295 лет. Есть ли у Вас какие-то особые поздравления коллегам?

— Желаю всем крепкого здоровья, долгих лет жизни, любви родных и близких. Но главное — хочу, чтобы каждому из руководителей и специалистов Ростехнадзора труд приносил как можно меньше огорчений и как можно больше положительных эмоций, чтобы работа на поднадзорных предприятиях шла без аварий и чрезвычайных происшествий. А это далеко не в последнюю очередь зависит от нас самих!

Анна Яковлева

Приволжское управление

Н.М. Валиев: Непонятная работа стала родной и любимой, журнал "Безопасность труда в промышленности", декабрь 2014